(Из опыта работы по формированию у учащихся активного интереса к чтению)

17.03.2017.

Это текст моего выступления на городском педагогическом фестивале. Почему я решила опубликовать его здесь? В нем я рассказываю о проекте, который уже несколько лет реализуется на базе нашей школьной газеты - это проект, который позволил нам выйти на совершенно новый уровень детской публицистики.

 

Технология метапредметности

 

Я начну я издалека. Примерно лет 20 назад, когда я только пришла работать в школу, посмотрев мою программу дополнительного образования, мне сказали: «Что у вас тут? Метапредметные связи? Уберите, это не надо. Проектная деятельность? А вам это зачем?». Но вот, наконец, появился новый федеральный стандарт, и все стало на свои места. Теперь я могу не только делать то, что считаю нужным, но и писать в бумагах то, что реально делаю.

Пространство школьного издательского центра — изначально метапредметно. Я думаю, не надо объяснять почему. В школе проходят мероприятия, пиши, освещай, что еще нужно?

Но я всегда придерживалась точки зрения, что дети не должны замыкаться в границах школы, они должны выходить за пределы образовательного учреждения в социальное информационное пространство, и моя задача как педагога - эти выходы постоянно инициировать. Более того, общаясь с коллегами-руководителями школьных пресс-центров из разных городов нашей страны, я постоянно убеждаюсь в том, что именно там, где педагог находит время выводить детей за пределы школы, помогает им найти темы и героев для их репортажей за пределами школьных стен — там результат всегда получается выше, и там нет проблем с мотивацией учащихся.

Т.е. для мена как гуманитария технология метапредметности крайне проста: мы берем детей, выводим их за пределы школы, помещаем в новую среду и ставим перед ними задачу, которую они должны там, в этой среде выполнить. Вернее сказать, не ставим задачу, а формулируем ее вместе с ребенком исходя из его интересов.

И смотрим, что получается в итоге.

 

А получается вот что

 

За 6 лет существования газеты «Шестой квартал» накоплен опыт проведения интервью с писателями, поэтами, режиссерами, фотографами, модельерами отечественными и зарубежными. Причем, это люди с мировым именем. И со всеми ими мы встречались в Красноярске. Современная культурная среда нашего года позволяет это сделать.

 

На снимке: После интервью с Борисом Грачевским, российским режиссером, сценаристом, продюсером.

 

На снимке: После интервью с редактором фотоагентства «Интерпресс» Алексеем Смышляевым.

 

На снимках (слева направо): 1. После интервью с польским режиссером Кшиштофом Занусси.

2. На встрече с Вадимом Демчог («Демчог не склоняется!»), российским актером, режиссером, продюсером.

 

Интервью берем на трех языках — на русском, на польском и на английском. И вовсе не потому, что на мероприятиях, на которых мы бываем, нельзя попросить о помощи переводчика. А потому что дети сами так хотят - так интереснее!

Даже появилась наша фирменная фишка — «Шестой квартал» на карте мира — это неполный список тех, с кем мы встречались лично и брали интервью.

 

 

На снимках: «Шестой квартал» на карте мира. Элемент оформления стены школьного пресс-центра

 

Опыт организации пресс-конференции с мэром г. Красноярска в стенах нашей школы, организация городского конкурса публицистических и литературно-художественных работ школьников «Суперперо», партнерские отношения с детским приложением к газете «Городские новости» «Детский район» —  причем, мы не только публикуем там работы своих детей, но и помогаем опубликоваться авторам из всех школ города.

 

На снимке: На пресс-конференции с министром образования Красноярского края С. И. Маковской. 

 

На снимке: С редактором газеты «Детский район» Еленой Тимченко.

 

Как все это связано? Очень просто — как только мы вместе с детьми выходим за пределы школы — появляется новый результат и новые перспективы.

Сегодня я хочу поделиться опытом одного проекта, который направлен на формирование у учащихся активного интереса к чтению.

 

Почему проект?

 

Принято считать, что снижение интереса к чтению - это общемировая тенденция, которая обусловлена развитием интернет-технологий, вытесняющих чтение и как престижный источник получения информации, и как форму досуга.

Для меня лично вопрос стоит следующим образом: может ли отдельно взятый учитель в отдельно взятой школе что-то противопоставить этой мировой тенденции. Или все наши усилия влюбить детей в книгу, приобщить к классической литературе – это чистой воды донкихотство?

Из этих размышлений в итоге и появился проект тематических номеров школьной газеты, посвященных книгам.

Почему именно проект? Потому что сама технология создания газеты, начиная с постановки проблемы и планирования номера, распределения ролей внутри авторского коллектива и взятия на себя каждым участником индивидуальной ответственности и до момента материального воплощения, появления готового номера – есть ни что иное, как проект. Во-первых, это проект коллективный, который позволяет объединить достаточно большое количество учащихся очень разных по интересам и по уровню подготовки. Во-вторых, это проект, который подразумевает индивидуальную ответственность каждого участника и его личную уникальную роль в проекте. И, в-третьих, это проект социально ориентированный, который вынуждает учащихся вступать во взаимодействие с социумом.

 

Красноярская ярмарка книжной культуры

 

У нас в Красноярске имеется поистине уникальный ресурс - Красноярская ярмарка книжной культуры (КрЯКК), которую ежегодно проводит Фонд Михаила Прохорова. Ярмарка проходит в форме выставки лучших российских издательств, которая сопровождается масштабной культурной программой: театральные и поэтические читки, выставки, творческие встречи с журналистами, издателями, писателями, поэтами, художниками, музыкантами. Причем, не только с русскими, но и зарубежными. Т.е. КрЯКК - это уже готовое, смоделированное культурное метапредметное пространство, не удивительно, что наш выбор остановился именно на нем.

 

На снимке: на Красноярской ярмарке книжной культуры.

 

Бывая каждый год на Ярмарке книжной культуры, я вижу, что учителя приводят своих учеников на творческие встречи с писателями, на детскую и подростковую программу. Мы тоже начинали именно с этого. Но, как завсегдатай книжной ярмарки, я по личному опыту знаю, что не всегда мероприятие, выбранное тобой из обширной программы, оправдывает ожидания. Иногда оказывается, что интересно было как раз на той площадке, где ты оказался случайно и куда изначально даже не собирался идти. Это обычная ситуация для мероприятий, проходящих в таком масштабном формате.

Чтобы получить максимальную отдачу от Красноярской книжной ярмарки там нужно находиться с утра до вечера, и, желательно, в течение всех дней, пока она длится. Вот в эту-то ситуацию я и рискнула погрузить целиком и полностью учащихся 8-11 классов. Честно говоря, были опасения, что детям может показаться скучно, что они быстро устанут, что формат может оказаться для них слишком «взрослым».

 

Постановка задачи

 

Для того чтобы дети не были пассивными наблюдателями происходящего (а мы ведь понимаем, что ребенок может просто поприсутствовать на творческой встрече, послушать, поскучать с вежливым выражением лица и ничего полезного для себя не вынести), нужно, чтобы деятельность каждого учащегося была осмысленной, чтобы у каждого была своя индивидуальная задача в этом процессе. Для этого мы заранее знакомимся с программой книжной ярмарки, каждый выбирает для себя несколько мероприятий, которые, по его мнению, могут оказаться для него интересными. Иногда ребенок уже заранее определяет для себя тему будущего репортажа или интервью. Но зачастую ребенку нужно день-два осмотреться на ярмарке, проникнуться ее духом, и уже потом определить для себя тему и задачу.

 

На снимке: Интервью с Кристофеом Мерриллом, американским поэтом, учеником Иосифа Бродского.  

 

Когда ребенок примеряет на себя роль журналиста, его позиция изначально активна. Определяя ключевые темы газетного номера, мы сразу обговариваем следующий формат: в номер не принимаются тексты, когда ты просто посидел на мероприятии и написал свое мнение о том, что там происходило. Журналист должен после мероприятия либо взять у автора интервью, либо, если пока не хватает опыта на полновесное развернутое интервью, по крайней мере, подойти к собеседнику и лично задать два-три вопроса, возникшие у него во время творческой встречи. Таким образом, ребенок перестает быть объектом воздействия и становится субъектом коммуникации. Он должен добыть определенную информацию, приложив для этого определенные усилия. А чтобы добыть эту информацию, он должен находиться с собеседником в одном смысловом поле. Нельзя брать интервью у писателя, если ты не читал ни одной его книги.

Нельзя брать интервью у художника, если ты не видел его работ и у тебя нет своего личного отношения к его творчеству. А поскольку ярмарка идет всего несколько дней, то ребенку приходится погружаться в тему очень оперативно: сегодня побывал на встрече с писателем, купил его книгу, читал всю ночь, а утром уже готов задавать вопросы. Или побывал на встрече с художником-мультипликатором, вечером нашел в интернете его работы, посмотрел, изучил с пристрастием, и на следующий день готов брать интервью. Т.е. это некая экстремальная ситуация, которая приближает детскую ролевую игру в журналистику к реальным условиям профессиональной деятельности.

 

На снимке: Интервью с Леонидом Шмельковым,  российским художником-мультипликатором.

 

Погружение в ситуацию

 

Интересно наблюдать за тем, что происходит с детьми на книжной ярмарке, как день ото дня меняется их реакция на происходящее.

Первые эмоции ребенка на КрЯККе – это робость и даже порой страх. Огромная площадка, море книг, гул и сутолока, такой огромный человеческий муравейник. Как сориентироваться в этом пространстве? Куда пойти? Вот тут задача педагога – успеть каждого отвести на ту площадку, где ему может быть интересно, с каждым, кому в этот момент оказалось неинтересно, пройтись по книжным рядам, помочь выбрать именно ту книгу, которая ему больше всего подойдет.

На снимке: на Красноярской ярмарке книжной культуры.

 

Одному ребенку можно посоветовать сборник Асадова или тоненький томик Коэльо, другому подойдет Ремарк. Кто-то будет с удовольствием читать «Унесенных ветром», а кому-то лучше посоветовать новый роман Дэна Брауна (того самого, которого, как правило, мы, педагоги-словесники, чаще всего, недолюбливаем.). А кому-то стоит предложить что-нибудь грустно-трогательное и простенькое – про любовь. Как видите, авторы разные, и их «весовая категория», если можно так выразиться, весьма различна. Смысл данного действия не в том, чтобы вручить каждому ребенку в руки по классическому произведению, а в том, чтобы дать в руки книжку, которую он обязательно прочитает.

Представьте ситуацию: ребенок, только что научившийся ходить, первый раз в жизни пытается подняться по ступенькам лестницы, и у него ничего не получается. Что будет делать в этой ситуации взрослый? Стоять на верхней ступеньке и командовать: «Поднимайся давай! Это просто!»? Или спустится к ребенку, возьмет его за руку и вместе с ним поднимется наверх? Так вот, чтобы научить детей читать классику, сначала нужно просто научить его читать и получать от этого удовольствие.

В конце концов в школьной газете родилась постоянно действующая рубрика «Клуб читателей», в каждом номере кто-то из ребят рассказывает о понравившейся им книге, причем, чаще всего, о книге не из школьной программы. Но главное, что появилось желание рассказывать другим о прочитанных книгах.

 

Пространство общения

 

Но вернемся к тому, что происходит на КрЯККе с детьми, как изменяется их реакция на окружающее. Уже на второй - третий день дети бесстрашно ныряют в этот книжный поток и уже сами оказываются способны искать и находить в нем то, что им интересно.

Мне кажется, эту ситуацию можно сравнить с тем, что происходит с людьми, которые изучают иностранный язык, оказавшись в среде носителей этого языка. Как только проходит первый шок, человек начинает осторожно вступать в коммуникацию, пытается понять, что ему говорят, и пробует сам говорить. В такой ситуации обучение происходит намного быстрее.

Так вот, у меня складывается ощущение, что за эти 4-5 дней на Красноярской книжной ярмарке дети вырастают выше себя самих на целую голову, настолько более осмысленными и глубокими становятся их суждения об искусстве, о литературе, настолько меняется их речевое поведение и сами темы разговоров.

 

На снимке: Интервью с Ником Филдингом, британским журналистом, гуру европейской расследовательской журналистики.

 

На снимке: Интервью с Людмилой Алябьевой, главным редактором российского журнала «Теория моды».

 

На снимке: Фотосет после интервью с модным российским дизайнером Леонидом Алексеевым.

 

На снимке: Интервью с Ириной Шапошниковой, известным российским модельером.

 

Пространство успешности

 

А на следующем этапе начинается восторг: «Я могу просто так свободно подойти к французскому писателю Франку Павлоффу, автору понравившейся мне книги «Коричневое утро», взять у него автограф и задать несколько вопросов!» «Именно пообщаться, поговорить лично. И восторг этот еще и от того, что известные солидные люди не отмахиваются от детей, а отвечают им вежливо и доброжелательно. А это уже опыт, который позволяет ребенку почувствовать себя успешным.

 

На снимке: На встрече с Франком Павлоффым, французским писателем, автором книги «Коричневое утро».

 

Или вот еще пример. Ребенок берет интервью у шотландской писательницы Терезы Бреслин, причем, заставляет себя преодолеть языковой барьер и разговаривает с ней на английском языке. Пусть даже пока он понимает не все, что ему говорит собеседник, он долго потом расшифровывает это интервью, работает со словарем. Но при этом он получает уникальную языковую практику, общаясь с носителем языка. Причем, цель его в данной ситуации – не улучшить свои знания английского, а поговорить с писателем о его творчестве. Английский язык выступает лишь средством, с помощью которого учащийся выстраивает диалог. Но при этом знания языка актуализируются, ребенок начинает больше внимания уделять изучению языка, а через год, на следующей книжной ярмарке берет интервью у американского писателя Йена Фрейзера, разумеется, снова по-английски. И уже не просто слушает собеседника и кивает, а свободно разговаривает, поддерживает диалог.

 

На снимке: Интервью с Терезой Бреслин, шотландской детской писательницей.  

 

На снимке: Интервью с Йеном Фрейзером, американским писателем, автором книги «Путешествия по Сибири».

 

Газета 

 

В итоге рождается номер газеты. Сначала были опасения, что номер покажется нашим читателям — а это школьники — слишком «заумным», что он не разойдется, что нужно делать меньший тираж. Опыт показал, что мы зря недооценивали наших читателей.  Тираж разошелся. Более того, в пресс-центр прибегали читатели и спрашивали: «А можно в следующий раз мы пойдем на книжную ярмарку с вами?» Т.е. читательский отклик мы получили.

Итак, номер готов. Порефлексировали, обсудили. Отправили номер на краевой конкурс, на всероссийский, стали победителями. Несколько детских интервью опубликовали в городской муниципальной газете - во взрослом формате. Успех?

Номера газеты, посвященные книгам можно посмотреть:

Здесь >>>  И здесь >>>

Можно ли считать, что проект состоялся? Если есть материально ощутимый результат, можно ли сказать, что проект получился?

 

Как понять, что проект состоялся?

 

Я долго размышляла об этом. А что изменилось, кроме того, что появился какой-то результат?

Ведь  цель образовательного проекта — не только какой-то конкретный  продукт, а решение определенной проблемы, которая подразумевает качественное изменение ситуации. А материально ощутимый продукт лишь сигнализирует о том, что была какая-то деятельность и она состоялась. Если продукт хороший, значит, поработали хорошо. Но ведь я, как педагог, ставила перед собой цель сформировать у учащихся активный интерес к чтению, а газета была только средством достижения цели. Поэтому, мне кажется,  на стадии получения материально-овеществленного продукта проектной деятельности точку ставить рано.

Проект — это перманетное состояние. Если не жить в режиме проекта, не поддерживать его, полученный результат начинает постепенно затухать и все  возвращается к исходному состоянию.

Поэтому дальше возникла необходимость инициировать обсуждение прочитанных книг, пусть даже для начала это будут только те книги, что куплены на ярмарке. Причем, дети, как правило, сами этот разговор инициируют, главное их в этом поддержать публично, продолжить этот разговор не один на один, а в присутствии других учащихся. Т.е. постоянно создавать прецеденты разговора о книгах, где не взрослый говорит, а дети только слушают, а где рассказывают дети, а заинтересованный взрослый поддерживает разговор.

При этом педагогу в очередной раз придется спуститься с высот Чехова и Достоевского, чтобы говорить о Паланике, Вырыпаеве и Гарри Поттере, быть готовым к тому, что иногда придется открыто признаваться перед ребенком, что ты того или иного автора не читал. Книжный рынок сегодня настолько разнообразен, что не стыдно в этом признаться. Но зато спустя месяц, когда я прочитаю этого автора, у меня будет повод снова вернуться к разговору о книгах.

Странно было бы ожидать от детей, что они начнут прислушиваться к нашим рекомендациям в области чтения, если мы категорически будем отвергать те книги, которые предлагают они, даже не читая их.

Таким образом создается некое неформальное образовательное пространство, в котором принято говорить  о литературе, где между учащими происходит обмен книгами: «Дай почитать!». Для меня очень дорого признание моей выпускницы:

«Знаете, почему я начала книги читать и смотреть умные фильмы? Мне было завидно, что другие ребята могут разговаривать с вами на переменах о Фаусте и Сокурове. Мне тоже хотелось участвовать в этих разговорах».

 

О формах реализации проекта

 

Газета - это всего лишь одна из форм, в которой может быть реализован этот проект. Материальным результатом, воплощающим идею проекта, может быть не обязательно газета, а, например, интернет-проект: блог в глобальной сети или тематическая постоянно действующая группа в Контакте. Я даже допускаю, что подобный проект можно реализовать в Инстаграм, и сама хочу эту форму работы попробовать. Возможно, вариант с социальными сетями будет даже более интересен, поскольку не требует ресурсов на верстку и тираж и подразумевает постоянное обновление информации, непрерывную поддержку проекта, включенность в него большого количества учащихся. Да и самих возможностей выхода за пределы школы городская культурная среда сегодня представляет множество: театральные, драматургические и кинофестивали, творческие встречи, библионочи.

 

Подводя итоги

 

Итак, ребенок осваивает проектную технологию, выходя при этом за рамки школы. Что с ним в этой ситуации происходит?

Во-первых, работа в проекте заставляет учащихся брать на себя активно-деятельностную роль: учит формулировать коллективные цели и задачи, в рамках коллективной задачи ставить перед собой индивидуальные цели и осваивать механизмы достижения результата, т.е. видеть способы достижения цели.

Кроме того, попадая в метапредметное пространство, ребенок учится универсальным действиям – находить и анализировать информацию из различных областей, выстраивать продуктивные коммуникативные отношения.

Такая деятельность позволяет учащимся не просто расширять свой кругозор, но учит умению самостоятельно находить для себя «точки роста» в новой для них ситуации, тем самым формируя устойчивую потребность в  информальном образовании (для меня тема информального образования как раз напрямую связана с понятием непрерывности, перманетности).

Проектная технология тем и интересна, что позволяет решить целый комплекс образовательных задач, очень тесно связанных между собой.

В то же время она расширяет само понятие «образовательное пространство», встраивает его в широкий социокультурный контекст.